![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
elesinВот вам писатель. Как он устроен, как он живет?
Как птичка, как рыбка. Только, в отличие от птички, поет плохо, пишет еще хуже, а гордости – как у павлина. В отличие же от рыбки, никто ему воду в аквариуме не меняет, вот почему он такой злой, завистливый и бездарный. Впрочем, бездарный он, скорее всего сам по себе. А в остальном – птичка и рыбка. Живет одним днем, а думать не умеет в принципе. Да и зачем писателю думать? Пусть редактор думает, справедливо считает писатель.
Ну так вот, живет себе – как рыбка и птичка – такой, с позволения сказать, писатель. Слушает телевизор с закрытыми глазами («как я от вас всех устал»), пялится с утра до ночи в интернет. И вот он встречает сообщение, что литературоведу Чмошникову исполнилось сто лет.
Написано, по мнению писателя, данное сообщение плохо, коряво. Ну разве так можно, возмущается писатель. О существовании литературоведа Чмошникова писатель узнал, разумеется, как раз из того самого сообщения, которое и подвергает острой критике.
Но душа у писателя горит, трубы зовут, руки сами взлетает над клавиатурой. Он упоен своим вдохновением. Пишет блестящую, великолепную, удивительную, по его мнению, статью. То, что юбилей уже прошел, писателя не волнует. Что-нибудь они там у себя в газете придумают, решает писатель, и, утомленный, засыпает сладким, тревожным сном. За такую статью, уверен писатель, не грех и премию какую-нибудь получить. Ну ладно, не Нобелевскую (писатель скромен, хотя, признаемся, на самом деле он, конечно, лишь делает вид, что скромен), но уж какую-нибудь другую точно надо.
Тут нельзя не вспомнить стихотворение Саши Черного.
У поэта умерла жена...
Он ее любил сильнее гонорара!
Скорбь его была безумна и страшна –
Но поэт не умер от удара.
После похорон пришел домой – до дна
Весь охвачен новым впечатленьем –
И спеша родил стихотворенье:
«У поэта умерла жена».
Вот так и писатель. Узнал о том, что литературоведу Чмошникову исполнилось сто лет, и – весь охвачен впечатленьем – пишет блестящую, великолепную, удивительную статью.
Да, юбилей уже прошел, соглашается с редактором писатель, но в виде исключения ведь можно?..
Любите ли вы писателей так, как люблю их я, то есть всеми силами души вашей, со всем энтузиазмом, со всем исступлением и т.д. и т.п.
Ох-хо-хо-нюшки-хо-хо.
Как птичка, как рыбка. Только, в отличие от птички, поет плохо, пишет еще хуже, а гордости – как у павлина. В отличие же от рыбки, никто ему воду в аквариуме не меняет, вот почему он такой злой, завистливый и бездарный. Впрочем, бездарный он, скорее всего сам по себе. А в остальном – птичка и рыбка. Живет одним днем, а думать не умеет в принципе. Да и зачем писателю думать? Пусть редактор думает, справедливо считает писатель.
Ну так вот, живет себе – как рыбка и птичка – такой, с позволения сказать, писатель. Слушает телевизор с закрытыми глазами («как я от вас всех устал»), пялится с утра до ночи в интернет. И вот он встречает сообщение, что литературоведу Чмошникову исполнилось сто лет.
Написано, по мнению писателя, данное сообщение плохо, коряво. Ну разве так можно, возмущается писатель. О существовании литературоведа Чмошникова писатель узнал, разумеется, как раз из того самого сообщения, которое и подвергает острой критике.
Но душа у писателя горит, трубы зовут, руки сами взлетает над клавиатурой. Он упоен своим вдохновением. Пишет блестящую, великолепную, удивительную, по его мнению, статью. То, что юбилей уже прошел, писателя не волнует. Что-нибудь они там у себя в газете придумают, решает писатель, и, утомленный, засыпает сладким, тревожным сном. За такую статью, уверен писатель, не грех и премию какую-нибудь получить. Ну ладно, не Нобелевскую (писатель скромен, хотя, признаемся, на самом деле он, конечно, лишь делает вид, что скромен), но уж какую-нибудь другую точно надо.
Тут нельзя не вспомнить стихотворение Саши Черного.
У поэта умерла жена...
Он ее любил сильнее гонорара!
Скорбь его была безумна и страшна –
Но поэт не умер от удара.
После похорон пришел домой – до дна
Весь охвачен новым впечатленьем –
И спеша родил стихотворенье:
«У поэта умерла жена».
Вот так и писатель. Узнал о том, что литературоведу Чмошникову исполнилось сто лет, и – весь охвачен впечатленьем – пишет блестящую, великолепную, удивительную статью.
Да, юбилей уже прошел, соглашается с редактором писатель, но в виде исключения ведь можно?..
Любите ли вы писателей так, как люблю их я, то есть всеми силами души вашей, со всем энтузиазмом, со всем исступлением и т.д. и т.п.
Ох-хо-хо-нюшки-хо-хо.
