Петербург, революция, горец,
Или лысый, котомка в дорогу.
Богу молится лишь богоборец,
Богоносец не верит и богу.
Закружили речные просторы
И морская водица из фляги.
Засвистели вокруг триколоры,
Скоро будут здесь алые стяги.
И колючка, и вышки, баланда,
И родная блевотина с матом.
Только завтра убьют Фердинанда,
А пока наслаждайся развратом.
Ни победы, ни счастья, ни славы,
Отбивает Россия поклоны.
И повсюду составы, составы,
Эшелоны везде, эшелоны.
Следующий текст того же цикла называется «Хождение по мукам (1957 – 1959) – 3»
Или лысый, котомка в дорогу.
Богу молится лишь богоборец,
Богоносец не верит и богу.
Закружили речные просторы
И морская водица из фляги.
Засвистели вокруг триколоры,
Скоро будут здесь алые стяги.
И колючка, и вышки, баланда,
И родная блевотина с матом.
Только завтра убьют Фердинанда,
А пока наслаждайся развратом.
Ни победы, ни счастья, ни славы,
Отбивает Россия поклоны.
И повсюду составы, составы,
Эшелоны везде, эшелоны.
Следующий текст того же цикла называется «Хождение по мукам (1957 – 1959) – 3»