Мне приснился Нью-Йорк, и помойки Нью-Йорка,
И какая-то стройка, и спальный район.
И уютная келья, бытовка, каморка,
Где любого зарежут, и выкинут вон.
Мне приснился Арбат, подмосковные речки,
Контролеры в метро и канавы кремля.
Зоопарк в январе, где от спячки до течки
Свальный грех заменяет камзол короля.
Мне приснился Подольск, заводская злыдота,
И какая-то стройка, и спальный район.
И уютный Арбат, и подъездная рота,
В каждом грязном дворе есть Баюн и Вийон.
Да и в каждом кремле то иконка, то ранка,
Контролеры канав, и резиновый смех,
И у Флора звонят, и течет Серебрянка,
На Зацепе зимой да и в августе снег.
И какая-то стройка, и спальный район.
И уютная келья, бытовка, каморка,
Где любого зарежут, и выкинут вон.
Мне приснился Арбат, подмосковные речки,
Контролеры в метро и канавы кремля.
Зоопарк в январе, где от спячки до течки
Свальный грех заменяет камзол короля.
Мне приснился Подольск, заводская злыдота,
И какая-то стройка, и спальный район.
И уютный Арбат, и подъездная рота,
В каждом грязном дворе есть Баюн и Вийон.
Да и в каждом кремле то иконка, то ранка,
Контролеры канав, и резиновый смех,
И у Флора звонят, и течет Серебрянка,
На Зацепе зимой да и в августе снег.