elesin

Жалуется шлюха: «Почему
Вы меня все моете, козлы?
Я уже отмылась добела.
Я уже, как ангел под окном».

Ей в ответ: «Не плачь и не грусти.
Стоит ли теперь паниковать?
Погляди: погода за окном.
Ангела не видно у ларька».

Шлюха зарыдала, говорит:
«Ельцина мне жалко, хоть зарежь.
Он такой красивый и большой,
А еще, наверное, бухал».

Ей в ответ: «Не плачь и не грусти.
Стоит ли теперь паниковать?
Байден всю Америку убьет.
Мы туда поедем и насрем.

Прямо в Белом доме под окном.
Прямо в Вашингтоне у ларька.
Ангел улетает, погляди.
Ты сходи помойся же пока».

Шлюха зарыдала, говорит:
«Трампа очень жалко, хоть зарежь.
Он такой красивый и большой,
А еще, наверное, бухал».

Ей в ответ: «Не плачь и не грусти.
Стоит ли теперь паниковать?
Жизни черных разве не важны?
Помнишь Асламбека из Мытищ?

Помнишь, как зарезала его?
Ты рыдала горестно два дня.
А потом зарезала. И что ж?
Жизни черных все-таки важны».

Шлюха зарыдала, говорит:
«Асламбека жалко, хоть зарежь.
Он такой красивый и большой,
Зря, видать, зарезала его».

Ей в ответ: «Не плачь и не грусти.
Стоит ли теперь паниковать?
Жизни очень разные важны.
Например, бандитов и блядей.

Например, угрюмых алкашей.
Например, откормленных ментов.
Помнишь, кстати, кошка Исаак
Принесла 14 котят.

Принесла, и тихо говорит:
«Мы теперь все вместе будем жить.
Асламбек, парниша, наливай».
Асламбек, паскуда, не налил.

Ты тогда зарезала его.
А ведь он красивый и большой,
А еще, конечно же, бухал.
Асламбека жалко, хоть зарежь».

Шлюха, зарыдав, пошла под душ.
Мирно пили водку алкаши.
Где-то мент откормленный издох.
Мимо тихий ангел пролетал.