Три мудреца в одном тазу
Пустились по морю в грозу.
Будь попрочнее старый таз,
Длиннее был бы мой рассказ
Всеволод Емелин
Философский ремейк баллады о прибавочной поэтической стоимости
Надоело в ложах масонских
Убивать русский народ.
Три мудреца сионских
Сели на пароход.
На пароход философский,
Старый корабль.
А я в конторе ментовской
Стены ласкал и корябал
Писал стихи Лорелее.
Любовные стансы.
Но вокруг пидоры и евреи,
Геи и пидорасы.
Знатоки древних религий,
А не отравы марки «портвейн».
Вас слушал в Билингве
Лев Семенович Рубинштейн.
Пока я грезил о Лорелее
И лежал отпизженный на земле.
Вам Букер сунули в Мавзолее
И Нобелевскую в Кремле.
Но наступило время -
Наше время, когда
Три великих Еврея
Уплывут в никуда.
По Стиксу или по Лете
Плывут в хоромы воздушные.
Не встречу я в туалете( Read more... )
Пустились по морю в грозу.
Будь попрочнее старый таз,
Длиннее был бы мой рассказ
Всеволод Емелин
Философский ремейк баллады о прибавочной поэтической стоимости
Надоело в ложах масонских
Убивать русский народ.
Три мудреца сионских
Сели на пароход.
На пароход философский,
Старый корабль.
А я в конторе ментовской
Стены ласкал и корябал
Писал стихи Лорелее.
Любовные стансы.
Но вокруг пидоры и евреи,
Геи и пидорасы.
Знатоки древних религий,
А не отравы марки «портвейн».
Вас слушал в Билингве
Лев Семенович Рубинштейн.
Пока я грезил о Лорелее
И лежал отпизженный на земле.
Вам Букер сунули в Мавзолее
И Нобелевскую в Кремле.
Но наступило время -
Наше время, когда
Три великих Еврея
Уплывут в никуда.
По Стиксу или по Лете
Плывут в хоромы воздушные.
Не встречу я в туалете( Read more... )