Я повстречал его в субботу.
В руках свиная колбаса.
Он шел куда-то на работу
И вытворял, гад, чудеса.
А все ученые на свете,
И все святые под Луной,
Вы просто маленькие дети,
Бля, по сравнению со мной.
Так говорил он. Лебедь Леду
Ебал и кутался в шерсти.
Век золотой начнется в среду
Примерно часикам к шести.
В порыве странного экстаза
Он верещал до синевы
Про отделение кавказа
И про спасение Москвы.
Лежали головы на блюде.
А мы-то к ним со всей душой.
Но что же будут делать люди,
Когда все станет хорошо?
Когда закончатся все войны,
Когда растает холодец.
Тогда придет к нам бронебойный
И окончательный пиздец.
И по новой:
Лишь Охлобыстин для пиару
С пидарасни пример берет.
И Константин берет гитару
И сладким голосом поет:
Аллах акбар на крыше храма…
В руках свиная колбаса.
Он шел куда-то на работу
И вытворял, гад, чудеса.
А все ученые на свете,
И все святые под Луной,
Вы просто маленькие дети,
Бля, по сравнению со мной.
Так говорил он. Лебедь Леду
Ебал и кутался в шерсти.
Век золотой начнется в среду
Примерно часикам к шести.
В порыве странного экстаза
Он верещал до синевы
Про отделение кавказа
И про спасение Москвы.
Лежали головы на блюде.
А мы-то к ним со всей душой.
Но что же будут делать люди,
Когда все станет хорошо?
Когда закончатся все войны,
Когда растает холодец.
Тогда придет к нам бронебойный
И окончательный пиздец.
И по новой:
Лишь Охлобыстин для пиару
С пидарасни пример берет.
И Константин берет гитару
И сладким голосом поет:
Аллах акбар на крыше храма…