http://news.mail.ru/politics/5245474/?frommail=1
Ну что я скажу полицейскому, подойдя?
Господин полицейский, причешите мне уши?
И что он ответит? Россия, впердя?
И продолжит метелить свои баклуши?
А раньше милиционер стоял, как хер.
Им любовались нации и народы.
Подходишь и говоришь: товарищ милиционер,
Примите у меня роды.
Переведите старушку через дорогу.
Дайте, пожалуйста, десять (10) рублей.
Давайте вместе помолимся богу,
Отвесьте, товарищ, немножечко пиздюлей.
Помню одного замечательного милиционера
На станции метро «Планерная».
Что ж вы такая пьяная, девушка Вера?
Зато я упорная и непокорная.
А может быть, то и не Вера была
По фамилии Кочеткова?
Чегеварки сидят и забивают козла.
На Тушинском рынке в ожидании плова.
И летают снежинки над тихой Москвой.
Спорят шахиды с хасидами о смысле веры.
Десять полицейских толпою злой
Избивают одного милиционера.
Ну что я скажу полицейскому, подойдя?
Господин полицейский, причешите мне уши?
И что он ответит? Россия, впердя?
И продолжит метелить свои баклуши?
А раньше милиционер стоял, как хер.
Им любовались нации и народы.
Подходишь и говоришь: товарищ милиционер,
Примите у меня роды.
Переведите старушку через дорогу.
Дайте, пожалуйста, десять (10) рублей.
Давайте вместе помолимся богу,
Отвесьте, товарищ, немножечко пиздюлей.
Помню одного замечательного милиционера
На станции метро «Планерная».
Что ж вы такая пьяная, девушка Вера?
Зато я упорная и непокорная.
А может быть, то и не Вера была
По фамилии Кочеткова?
Чегеварки сидят и забивают козла.
На Тушинском рынке в ожидании плова.
И летают снежинки над тихой Москвой.
Спорят шахиды с хасидами о смысле веры.
Десять полицейских толпою злой
Избивают одного милиционера.