Поэтические кошмары
Jan. 9th, 2009 05:26 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
elesinПриснится же такое. Иду, короче, бухать с Данилой Давыдовым. Точнее, жду того, когда уже надо будет идти бухать с Данилой Давыдовым. Поэтому решил взять в магазине две трехлитровые банки сока. Потому что Канистра (девка моя) обещала, что выпьет две трехлитровые банки сока. Только ты, говорит, сразу открой обе банки. Соки-то разные, буду из одной пить, другой запивать, - пояснила она свою просьбу. Сказала также с надрывом: «А трехлитровые банки зеленых маринованных помидоров (2 штуки) и маринованных огурцов (1 штука) я сама понесу!» Ага, конечно. Иду по улице. Хочу купить конфет карамельных и воды-лимонада. Вознесенский Ал. говорит: «А ты знаешь, что в подвале вон того дома при Иване Грозном был туалет?» Знаю, говорю, а теперь там бассейн и библиотека. Иду по улице. Хочу купить конфет карамельных и воды-лимонада. Но во всех магазинах или только конфеты или только лимонад. А я хитрый, знаю: вот куплю сейчас конфет, а во всех остальных магазинах лимонада уже не будет. На хрена тогда конфеты?
Подвал. Видимо, того самого дома. Потому что все удивленно говорят женскими голосами. «А вы знаете, что здесь до Ивана Грозного…» Да знаю, всегда знал, Москва, блин, надоели уже, поэты понаехавшие. А в зале, натурально, одни поэты. Все – знакомые. На сцене баба, тоже знакомая, читает стихи. А рядом кто-то, тоже знакомый, но смутно, гораздо громче читает совсем другие стихи. На меня шикают, выхожу тайком из зала. В другой, такой же. Там те же самые поэты уже встали в круг и играют в мяч. Ведущий, он в центре круга, бросает мячом поочередно в остальных. Те – уворачиваются. Я в панике. Заедут, думаю, сейчас мячом по башке, а мне срочно нужны телефоны Файзова и Вадима Калинина. Сел. Боюсь мяча. Роюсь в телефонных книжках, точно знаю, что есть оба телефона, причем, в каждой из книжек. А книжек неожиданно много, они как матрешки одна из другой выпадают. Каждые две минуты подходит Файзов с какими-то пустяками. Отстань, говорю, потом, видишь, ищу телефоны Файзова и Вадима Калинина. Очень нужно. Как только – так сразу. Наконец решаюсь. Почему-то очень долго не мог решиться. Надо, думаю, найти как раз Файзова, спросить у него телефон Вадима Калинина, потому что Вадим Калинин наверняка знает телефон Файзова.
И тут Файзов пропал.
А я проснулся.
И прошел бухать с Данилой Давыдовым.
Примечание. Перед вами сон. Поэтому персонажи неожиданно и беспричинно возникают, исчезают и пр. Все фамилии изменены до неузнаваемости. Конец примечания.
Подвал. Видимо, того самого дома. Потому что все удивленно говорят женскими голосами. «А вы знаете, что здесь до Ивана Грозного…» Да знаю, всегда знал, Москва, блин, надоели уже, поэты понаехавшие. А в зале, натурально, одни поэты. Все – знакомые. На сцене баба, тоже знакомая, читает стихи. А рядом кто-то, тоже знакомый, но смутно, гораздо громче читает совсем другие стихи. На меня шикают, выхожу тайком из зала. В другой, такой же. Там те же самые поэты уже встали в круг и играют в мяч. Ведущий, он в центре круга, бросает мячом поочередно в остальных. Те – уворачиваются. Я в панике. Заедут, думаю, сейчас мячом по башке, а мне срочно нужны телефоны Файзова и Вадима Калинина. Сел. Боюсь мяча. Роюсь в телефонных книжках, точно знаю, что есть оба телефона, причем, в каждой из книжек. А книжек неожиданно много, они как матрешки одна из другой выпадают. Каждые две минуты подходит Файзов с какими-то пустяками. Отстань, говорю, потом, видишь, ищу телефоны Файзова и Вадима Калинина. Очень нужно. Как только – так сразу. Наконец решаюсь. Почему-то очень долго не мог решиться. Надо, думаю, найти как раз Файзова, спросить у него телефон Вадима Калинина, потому что Вадим Калинин наверняка знает телефон Файзова.
И тут Файзов пропал.
А я проснулся.
И прошел бухать с Данилой Давыдовым.
Примечание. Перед вами сон. Поэтому персонажи неожиданно и беспричинно возникают, исчезают и пр. Все фамилии изменены до неузнаваемости. Конец примечания.
