И что?

Люди занимаются всякою ерундой. Придают значение совершеннейшим пустякам. Был у меня приятель-поэт. Готовил он к выходу свой поэтический сборник. Кстати, не первый. Как он всем занимался!.. И цвет обложки, и картинка на первой странице, и шрифт, и то, что называется, и се. А уж вычитывал-перечитывал он ее несчетное число раз. У меня в то время тоже книжка выходила, первая, Союз писателей Москвы выпускал. Значит, то был 1999-й год. Вычитывать я книжку не стал, конечно, сказал, что все прекрасно, книжка и вышла. Хорошая. Наверное. Мне-то откуда знать?
А тот приятель все носился-носился, все вылизывал ее. Наконец выпустил. И что?
Я написал про нее рецензию в «Книжное обозрение» – все-таки приятель. И что? Кроме меня, разумеется, никто не написал. Нашел я там множество нелепых опечаток, отметил в статье самые уж вопиющие. Приятель обиделся. И что?
Сколько лет пролетело, 20, 30? Кто его сейчас помнит, кто знает? Ну, я. И то – не помню же ни имени, ни фамилии. Только сам факт. И то хорошо. Удачи тебе, если ты еще жив, конечно.

Следующая серия называется «Борцы с «плагиатом»

Борцы с «плагиатом»

Все борцы с «плагиатом» устроены совершенно одинаково. Сочинят за 50 лет три дурных и бездарных текста, а потом бегают повсюду, и ищут – кто же их «обокрал». Их устраивает любое, абсолютно любое совпадение – будь то совпадение слова или, например, стихотворного размера. Названия города или станции метро. Имени человека. Все – «воровство».
Им не нужно и совпадение. Тема тоже годится:
«Он украл у меня сюжет! Дословно, буквально. Я тоже писал о любви к молодой женщине привлекательной наружности, но тоньше, глубже, и гораздо раньше».
Да, и если «вор» сочинил (и даже опубликовал) свое произведение раньше, нашему борцу и активисту наплевать. Активист к тому времени, когда вы «что-то там напечатали» все равно уже задумал свое произведение. Мог кому-нибудь («ах, я такой доверчивый, мой главный недостаток: я совершенно не разбираюсь в людях, каждого считаю порядочным») случайно проболтаться. А тот – специально! – еще кому-нибудь. А от Новосибирска до Москвы рукой подать и т.д.
Помню одну такую, ныне покойную, сволочь. Все вышесказанное, конечно, не только про него, но детали – про него. Вот только город, где он жил, не помню, может, и не Новосибирск.

Следующая серия называется «Мясо наелось мяса, или «Спартак» в 1922-м году»

Из цикла «Фильмография». Бременские музыканты (1986)

Бродит месяц по туману,
Не кончается туман.
Не перечьте атаману,
А иначе атаман

Огорчится, так бывает.
Атаман, чтоб вашу мать,
С вами больше не играет,
И обиделся опять

Засвистели шаровары,
Загалдели у плиты
То ослы, то петушары,
То собаки, то коты.

Не буди былую рану,
Не испорти унитаз.
Не перечьте атаману,
Он обидчивый у нас.

Принесите лучше ксиву,
Унесите вашу муть.
А не то и в хвост и гриву,
И еще куда-нибудь.

Не гляди ползучей коброй,
Не ломай мою кровать.
Атаман сегодня добрый,
И обиделся опять.

Будет шум, а с ним и драка,
Я сегодня не усну.
Что ты воешь, как собака
Вместе с кошкой на луну.

Следующий текст того же цикла называется «Бременские музыканты (1986) – 2»