Неудержимо захотелось в кабак

Договорился я с писателем (назовем его П.) о том, что он «подарит» мне свою книжку. Ага, подарок, видите ли. Хочет, сволочь, чтобы про него написали, а называет подарком. Ну да ладно, я привык. Договорился я с писателем П. и забыл, конечно. А он, сука, не напоминает. Видимо, гадина, уверен, что нет для меня события важнее, чем книжка, подаренная писателем П.
Приходит, однако, срок. И время! И тут мне неудержимо захотелось в кабак. Иду. Ноги сами несут не просто в кабак, а во вполне определенный кабак. Ну ладно, думаю, раз ноги туда несут – не будем спорить с ногами. И тут вдруг – бац! – по дороге встречаю писателя П. Оказывается, я так и договорился с ним. Указал место и время. Он книжку подарил и ушел, окрыленный. А я отправился в кабак, сам себя нахваливая.

Сели эрудиты

Сели эрудиты,
Трескают манты.
Поутру бандиты,
К вечеру менты.

Горе-аудиты,
Жалкие понты.
Вечером бандиты,
Поутру менты.

Корпус Афродиты,
Серые бинты.
Граждане бандиты,
Господа менты.

Плавником иди ты
Прямо на винты.
Господа бандиты,
Граждане менты.

Вот и саудиты,
Полные кранты.
Спрятались бандиты,
Не шумят менты.

Голосят Эдиты,
Пьеха да Пиаф.
Полегли бандиты,
Головы задрав.

Сердце огрубело,
Получи пломбир.
Красное и белое,
Ароматный мир.

Что ж ты, родина-мать

Что ж ты, родина-мать,
Не уймешь дьяволят?
А соседи опять
Все сверлят и сверлят.

Все идешь и идешь,
И сжигаешь мосты.
Да ядрена ж ты вошь,
Просто гребаный стыд.

Где же тишь, где же гладь,
Пастила-мармелад?
А соседи опять
Все сверлят и сверлят.

Их какая-то рать,
Что за долбаный ад.
А соседи опять
Все сверлят и сверлят.

Им какой-то парад
Отменили, видать.
А соседи сверлят.
И опять, и опять.

Где терпение взять,
Я кричу из окна.
А соседи опять
Все сверлят дотемна.

Все сверлят и сверлят,
И сжигают мосты.
Жопа где, а где зад
Не поймешь даже ты.

Не поймешь, и плевать,
Где же оперотряд?
А соседи опять
Все сверлят и сверлят.