А Москва сейчас пустая – благодать.

А Москва сейчас пустая – благодать.
Доставайте же, художники, мольберты.
Но реклама все зовет – голосовать.
Пропаганда зазывает на концерты.

А Москва сейчас пустая – тишь да гладь.
Алкаши лежат, катаются курьеры.
Пропаганда призывает – покупать.
А реклама очень просит высшей меры.

Вы введите казнь, великий государь,
А народ, конечно, «за», – вопит реклама.
А Москва сейчас пустая, словно встарь.
И бесстыдная, как пиковая дама.

Скоро будет здесь уютно – хоть убей.
Будут памятники лидерам геройства.
А пока повсюду трупы голубей.
А пока повсюду пни благоустройства.

Даже если и вернется суета,
Нас не пустят за колючку и барьеры.
А пока Москва пустая – красота.
Алкаши лежат, валяются курьеры.

В начале у нас было слово

В начале у нас было слово,
И пир вперемешку с чумой.
Там мило, так странно, так ново
Мыть руки, вернувшись домой.

Сегодня еще не убило?
Так может быть, завтра убьет.
Так ново, так странно, так мило
Мыть руки, не веря в народ.

Все временное постоянно,
Таможня не даст нам добро.
Так мило, так ново, так странно
Мыть руки, придя из метро.

Одни говорят: все отлично.
Другие – башкой о крыльцо.
Но все же и впрямь непривычно
Мыть руки. И даже лицо.