Налетели. Такую прорву

Налетели. Такую прорву
Не загнать уже в темный лес.
Так идите болтаться в прорубь.
С микрофонами или без.

Не желаете, вот умора,
Очищающих перемен.
Мой Содом и моя Гоморра,
Вавилон мой и Карфаген.

Троя, Тушино и Варшава…
Атлантида давно на дне.
Где держава, и где шалава,
Где Годива на скакуне.

Не замазать и не похерить,
Вам бы тазик и полынью.
Вы умеете врать и верить
Даже собственному вранью.

Ну а публика вечно рада,
Дайте хлеба и дребедень.
В телевизоре только правда,
Хоть и разная каждый день.

ОАР чемпион

И патрики с утра возликовали:
Хоккей, кричат, хоккей, ура, победа,
Победа, мол, России, Сталинград.
Мы славно наконец-то повторили.
Усатый наш Усатого другого
На голову разбил в хоккей канадский,
А либеры опять ушли на марш.
Смотрел я ваш хоккей, хоккей канадский.
Россия до сих пор не победила.
Сначала победило СНГ.
Теперь вот ОАР пришли с победой,
России же и не было и нет.

А я приехал с русского хоккея.
В котором Красногорск играл с Казанью.
Открытый, между прочим, стадион.
И кашу в перерыве раздавали.
И, кстати, вот по русскому хоккею
Россия-то и вправду чемпион.
На марш я не пошел, боясь мороза,
Боясь, что сильным ветром укачает.
Боясь, что прилетит на вертолете
Отборный взвод ученых из Чечни.
Смотрел я ваш хоккей, хоккей канадский.
Какой-то он неправильный, ребята.
Где, скажем, угловые? Угловые!..
Где, на фиг, угловые? Что за хрень?

И вот еще, все время за задержу
Кого-то удаляют на хрен с поля.
Ну, в женском-то хоккее – все понятно.
Задержка, раз беременность пришла.
И с поля удаляют справедливо,
Иди, и на полосочки пописай,
Ты, главное, не ссы на триколор.
И вот она уходит за задержку,
Все правильно, ведь сердцу не прикажешь,
Но парни, блин, но как же мужики?
У них-то… Ничего не понимаю.
А, впрочем, ведь и в бенди почему-то
Все время удаляют за задержку,
И тоже, извините, мужиков.

Какая-то во всем несправедливость.
Какие-то загадки мирозданья.
А патрики вопят по всем каналам.
А либеры вернулись, всем ура.