Все писатели и поэты

[elesin]

Все писатели и поэты – одинаково сволочная и бездарная мерзота, но некоторые мерзее других. Все писатели и поэты – болезненно самолюбивые и самовлюбленные глухие тетери, но некоторые особенно завистливы и ревнивы. Причем, в основном, как раз те, кто и так в каждой дыре, во всех журналах и альманахах, в каждом фестивале и каждой биеналле. Они объездили все города и страны, получили все премии и награды, пожюрили во всех жюрах, к ним на 27-летие приезжали слависты из Бангладеш и Сомали. А все мало. Сидит такой, скажем, литератор Х на Торжественном банкете в честь 23-летия филологического артиста балета Y, а за соседним столиком кто-то по телефону смеется. Вот, дескать, смеется, у тебя теща и дура – ее любовник едет на слет изготовителей кроссвордов, посвященных баклажанам города Нижнесранска.
Литератор Х аж зеленеет. Его даже не позвали.
Он воет, ноет, интригует, не слушает никого. Ты же, говорят, не составляешь кроссворды. Не позва-а-ли! Ты же, убеждают, отравился баклажанами в Храме Христа Спасителя. Не позва-а-ли! Да ты ж, блин, не любишь Нижнесранск, тебя там избили до полусмерти, обозвав нехорошим обидным геем на букву «п». Не позва-а-ли!
Через месяц, будьте уверены, он станет «утомленно» рассказывать. Ах, недавно позвали на слет изготовителей кроссвордов, посвященных баклажанам города Нижнесранска… А я же, смеется, кроссвордов не составляю, а баклажанами вообще в Храме Христа Спасителя отравился…
Не будем ему напоминать про Нижнесранск.